Варварские тексты: Денис Зикеев. Тотальное внимание

Реклама: Интернет магазин Тут Посуда: кастрюли зеленые с доставкой по Москве.

Часть 1. Первые опыты

Внимание является одним из ключевых механизмов человеческой психики. Несмотря на это, в психологии не существует точного определения внимания. Складывается впечатление, что психологи неустанно охотятся за вниманием, пытаясь ухватить его суть, но оно каждый раз ускользает из-под их пристального взгляда, оставляя после себя только различные продукты своей работы, которые исследователи спешат принять за само внимание, рождая новую теорию внимания. Здесь мы будем рассматривать внимание в первую очередь как интегрирующую функцию, суть которой заключается в формировании структуры знания мира из первичного информационного хаоса, генерируемого органами чувств.

Итак, при каждом акте восприятия наши органы чувств обрушивают на сознание шквал разнородной информации. Это происходит так, словно на чистый лист восприятия рецепторы наносят огромное количество всевозможных разноцветных штрихов разной формы. В этот момент включается внимание, которое начинает объединять разрозненные штрихи в объекты разной степени сложности. Причем простые объекты объединяются в составные, составные - в еще более сложные и так далее, до тех пор, пока внимание не закончит свою работу по созданию некоторой целостной структуры, которая впоследствии может быть обработана другими механизмами сознания. Особый интерес во всем этом процессе вызывает алгоритм объединения отдельных "штрихов" в законченный образ. Ведь, во-первых, вариантов такого объединения может быть несколько; во-вторых, сам процесс достройки первичной информации до нужного образа предполагает введение в имеющуюся "картину" недостающих элементов, которые воспринимаются следующими механизмами психического конвейера как актуально существующие, наряду с первичной информацией. И, что самое главное, в процессе объединения штрихов в образы часть этих штрихов может не попасть ни в какой объект и быть отброшена, как "не вписывающаяся в картину мира". В результате такого положения вещей сознание оказывается в роли царя, который никогда не покидает своего дворца и обо всем, что происходит в его царстве, узнает со слов советника-внимания. Причем советник сообщает своему господину не первичную информацию, а свои выводы и оценки, которые зачастую не имеют под собой реальной почвы. В этой ситуации все зависит от мировоззрения советника (алгоритма работы внимания) - если оно адекватно и эффективно, то в царстве устанавливается порядок. В противном случае возникают постоянные проблемы, типа "небывалый урожай окончательно подорвал экономику нашей страны" / (с) Задорнов / . Причем царь, как правило, не видит причин удач и несчастий, так как советник ему о них просто не сообщает. Царю кажется, что ему просто везет или не везет. Интересно, что царь продолжает размышлять о судьбах государства, что-то там анализировать и принимать ответственные решения. Но мы видим, что все решения уже приняты советником и такая активность царя носит скорее успокаивающий характер, защищая его от понимания полного отсутствия контроля над ситуацией.

Подводим промежуточный итог.

Внимание осуществляет следующие операции:

Мы приходим к тому, что вся наша жизнь полностью контролируется алгоритмом работы внимания. Напрашивается вопрос о том, откуда взялся сам этот алгоритм, то есть, на основании чего в нас сформирована та или другая программа внимания.

Когда человек рождается, его вниманием управляет ряд врожденных генетических алгоритмов. Далее родители передают ребенку базовые знания о мире. Процесс передачи заключается в последовательном привлечении внимания ребенка к отдельным элементам окружающего пространства и закреплении этой концентрации внимания ярлыками, соответствующими тем или иным объектам: "это - мама, это - папа, это - пол, это - потолок". И, естественно, родители делают это не осознанно. Они не занимаются целенаправленным формированием работы внимания, а просто копируют свои схемы восприятия в психическое пространство их дитя. Далее ребенок немного подрастает, попадает в детский сад, а потом и в школу, где механизмы внимания формируются под воздействием совершенно случайных факторов - всевозможные события, контакты со взрослыми и другими детьми, фильмы, книги и т.д. Получается, что один из самых важных алгоритмов работы нашего сознания (а может быть и самый важный) сформирован совершенно случайно, и только от этой совокупности случайностей целиком и полностью зависит наше существование.

Таким образом, мы пришли к тому, что до тех пор, пока мы не контролируем работу внимания и до тех пор, пока мы не имеем доступа к первичной информации восприятия, ни о каком управлении собственной жизнью не может быть и речи, а "свобода выбора" остается просто заоблачной мечтой. С другой стороны, возможность упорядочивать восприятие, собирать хаос в структуру - одна из наших основных магических способностей, и, овладев ею, мы получили бы доступ к фантастическим возможностям восприятия. Необходимым условием тонкого регулирования работы любого психического процесса является непосредственное чувствование его деятельности, то есть знание ответа на вопрос "как это во мне происходит", причем не умозрительно, а на уровне ощущений.

Проведем опыт:

Закрываем глаза на несколько секунд, потом резко их открываем и наблюдаем, что происходит.

Можно заметить, что в первое мгновение после открытия глаз воспринимается просто бесформенное цветовое пятно, которое потом "стягивается" в конкретные объекты поля зрения. Вот это "стягивание" и есть работа внимания, которую мы отследили наблюдая за процессом фокусировки зрения. Однако, не стоит путать фокусировку зрения и внимание - фокусировка зрения является следствием работы внимания. В этом легко убедиться проделав следующий опыт:

Смотрим на относительно удаленный объект (например, располагающийся за окном). Фокусируем на нем зрение так, чтобы четко его видеть. Теперь, не теряя четкого изображения этого объекта и не перемещая глаз, поочередно наблюдаем за предметами, располагающимися в непосредственной близости (в комнате).

Проделав этот опыт, мы могли ощутить похожее "стягивание" внимания на близких объектах, причем фокус зрения в этом процессе не участвовал. Мы снова ощутили работу внимания, причем не связанную с фокусировкой зрения. Кроме того на этот раз мы им осознанно управляли. Для того, чтобы двигаться дальше имеет смысл несколько дней время от времени проделывать второй опыт и понаблюдать за работой внимания, почувствовать, как осуществляется его сгущение. Можно придумать много способов "ухватить за хвост" внимание. Например,

смотреть непрерывно на какой-то объект в поле зрения, потом моргнуть глазами. Возникнет ощущение непрерывного восприятия объекта с "проскочившей" помехой. Обычно эта помеха вообще не замечается. Потом мы снова смотрим на объект, а затем закрываем глаза и наблюдаем, как объект еще мгновение держится в восприятии, а затем рассеивается.

В этом опыте, в течение кратковременного закрытия глаз объект удерживается только вниманием, и у нас есть время (хоть и небольшое), чтобы пронаблюдать работу внимания отдельно от зрения. Когда мы закрываем глаза на более длительное время, внимание "отпускает" образ, и он рассеивается.

Попрактиковавшись некоторое время в наблюдении за вниманием, мы научились его чувствовать и "узнавать" процесс его работы. По большому счету, полноценное осознавание механизма внимания приходит только с длительным опытом тотального "выслеживания" всех его проявлений. Но, будем считать, что какое-то начальное ощущение внимания, необходимое для дальнейшего "развития событий", мы сформировали.

В предыдущих опытах мы только исследовали внимание, никак не влияя на процесс его концентрации. Даже во втором опыте, когда мы заставляли внимание работать в не совсем привычном режиме, мы только давали вниманию команды, которые оно выполняло так, как могло. Так, как было "приучено" с детства. Мы могли заметить, что выполнение второго опыта приводило к ощутимым психическим усилиям, связанным со специфическим напряжением в голове. Так происходило из-за того, что механизм распределения активных психических процессов по различным зонам нервной системы формировался в нас также стихийно, как и механизм внимания.Проведем очередной опыт.

Фокусируем зрение на некотором удаленном объекте. Удерживаем фиксацию объекта в течении минуты-двух. Потом закрываем глаза, расслабляем их.

Выполняя этот опыт мы могли заметить, как по мере пристального созерцания возникает ощущение, как будто часть внутреннего психического пространства устремляется через глаза к объекту созерцания и начинает нагнетаться вокруг него. Причем источник этой субстанции находится в голове и соответствует некоторой зоне мозга.

Едем дальше…

Снова фокусируем зрение на удаленном объекте. Но до того, как начнется спонтанное перетекание психической субстанции к объекту, инициируем этот процесс самостоятельно, причем делаем это не головой, а всем телом. При этом мы ничего не выдумываем, а заставляем нервную систему, рассредоточенную во всем теле, работать так, как в прошлый раз работала голова. Может возникнуть ощущение, что некоторое продолжение тела обволакивает наш объект. Мы должны добиться максимального сходства ощущений в этом и предыдущем опыте с той лишь разницей, что источником на этот раз является тело целиком.

В процессе выполнения этого опыта мы получили интересный эффект - как только мы "обволокли" объект "из тела", перетекание психического пространства из головы практически приостановилось. С другой стороны само восприятие объекта стало как бы "объемным" за счет одновременного вовлечения в процесс разных зон нервной системы. Более того, такой способ созерцания не вызывает столь сильного истощения. Сейчас мы сведем его к минимуму.

Повторяем предыдущий опыт, но стараемся силу "обволакивания" объекта удерживать на минимальном уровне, необходимом для созерцания. То есть расходуем ровно столько энергии, сколько нужно для "держания" объекта.

Такой способ восприятия напоминает ружье с оптическим прицелом: прицел это глаза, а тело - ствол. Глазами мы только целимся, а концентрацией "стреляем" из тела. Идея совмещения прицела со стволом кажется теперь нелепой - даже если это возможно, стрелку будет либо неудобно стрелять, либо неудобно целиться… Именно так мы и поступали раньше. Полноценное овладение этим методом приходит с непрерывной практикой. Ее можно выполнять всегда и везде, и только так можно научиться новому способу восприятия.

Ценность вышеописанного метода заключается не только в оптимизации нагрузки на нервную систему, но и в том, что теперь мы концентрируемся осознанно, а не автоматически. Что это дает? Сейчас увидим.

Целимся глазами в удаленный объект и созерцаем его всем телом. Теперь, сохраняя фокусировку глаз на этом объекте, телом поочередно созерцаем другие объекты, расположенные рядом. Затем расположенные где-то на периферии зрения (четкость центрального объекта при этом не теряем). А теперь смотрим телом на элементы пространства, расположенные за спиной (например на вход в помещение).

Думаю, комментарии излишни.

Часть 2. Объем

В процессе проведения опытов прошлой части мы убедились в том, что "органом" концентрации внимания может быть не только голова или ее часть, но и все остальное тело. Причем при распределении источника внимания на все тело длительный процесс концентрации не вызывает такого сильного психического истощения. Рассмотрим этот момент подробнее.

Мы могли заметить, что при восприятии "из тела" возникает ощущение инертности внимания, которая проявляется в более медленном его переключении. Это происходит из-за того, что волевой импульс на переключение рождается по-прежнему в голове, после чего распространяется на все остальное тело. В голове он рождается потому, что туда большинство из нас проецирует центр себя, свое "Я". В самом деле, мы привыкли воспринимать тело как придаток к себе, ощущая себя, находящимся в теле как в скафандре. А раз так, мы не можем управлять телом напрямую, непосредственно, как мы, например, управляем ходом мыслей, источник которых находится гораздо ближе к нашему "Я", чем отдаленная от головы часть нервной системы.

Раз это "Я" играет такую важную роль, разберемся с его природой. Представим себе, что мы построили символический график работы нашего сознания в течение всей жизни. На нем мы увидим множество сигналов разной формы и амплитуды, непрерывно меняющихся, возникающих и исчезающих в разные моменты нашей жизни. Все эти сигналы соответствуют различным состояниям нашего сознания, наличию всевозможных мыслей, эмоций, и т.д. И наряду с этим многообразием изменчивых сигналов на нашем графике присутствует еще один - сигнал предельно простой формы (условно формы синусоиды), не меняющийся в течение всей нашей жизни. Он нужен для объединения различных меняющихся состояний сознания в пределах одной личности и ее истории. Другими словами, если бы у нас не было точки отсчета в виде такого сигнала, мы бы помнили свой личный опыт как чужой, свои мысли и восприятия переживали бы не как свои, а как просто "имеющие место". Это отражается и в нашем языке - мы говорим "я помню", "я думаю", "я чувствую" и т.д., каждый раз обращаясь к своему "Я", из которого потом воспринимаем тот или иной опыт. В свойствах этого сигнала можно убедиться на собственном опыте: вспоминая свою жизнь мы можем увидеть, что в нашем сознании с самого детства и до настоящего момента изменилось практически все, кроме "ощущения себя". Мы всегда знали, что "я - это я, а не кто-то другой", и это чувство остается неизменным в любой момент нашей жизни. Причем само это ощущение является предельно простым, то есть не содержит абсолютно никаких характеристик.

Этот сигнал генерируется одним из участков мозга и соответствует роли субъекта в процессе восприятия. Это значит, что все, что находится внутри и снаружи нас, и не связано с генерацией этого сигнала, мы воспринимаем как объект. Например, когда мы говорим "моя рука", мы руку воспринимаем как объект, принадлежащий субъекту "мне". Аналогично - "мое тело", "мои мысли", "мои ощущения", "мое внимание", "мое яблоко", "мой телефон" и т.д. При таком функционировании все первичные механизмы нашего сознания, например воля и восприятие, располагаются как бы вокруг центра "Я". Чем ближе находится психическая функция к центру, тем более непосредственным образом осуществляется управление ею. Например, ближайшим к центру уровнем является воля. Управление волей происходит непосредственно, то есть для того, чтобы что-то захотеть мы не делаем никаких вспомогательных операций - "берем - и хотим" (здесь речь идет скорее о первичном намерении, возможные векторы которого лежат в пространстве чистых смыслов, не опосредованных восприятием или опытом). Далее располагается уровень восприятия. Восприятие отделено от центра пространством воли, следовательно управление восприятием осуществляется через волю. Следующий уровень - память, или пространство опыта. Для того, чтобы им воспользоваться, нам необходимо задействовать волю и восприятие. И так далее. Телом и распределенной в нем нервной системой мы управляем тоже косвенно, посредством вспомогательных ментальных операций. Причем, чем дальше от центра находится объект управления, тем более дискретный набор операций позволяет осуществлять это управление. Например, пространство воли непрерывно и содержит бесконечное многообразие возможных векторов намерения. С другой стороны, для управления внешним объектом, например компьютером, существует жестко заданный набор операций, которые выполняются посредством клавиатуры или другого интерфейса, а не напрямую, как мы управляем волей.

Итак, центроориентированная организация психического пространства накладывает определенные ограничения на управление механизмами и функциями, удаленными от центра. Когда в прошлой части мы управляли вниманием из тела, мы сталкивались именно с этими ограничениями. Чем дальше центр внимания от позиции субъекта, то есть от участка мозга, генерирующего центр, тем сложнее управлять вниманием. Для преодоления этих ограничений нужно перейти от центроориентированной организации психического пространства к распределенной, то есть к такой, при которой субъектный сигнал "Я" в фоновом режиме присутствует одновременно во всем психическом пространстве. Это возможно в силу предельной простоты самого сигнала, генерация которого доступна любому участку нервной системы. В этом случае формирование волевых операций, или операций восприятия (как, впрочем, и любых других), может выполняться любой частью нервной системы, либо быть распределено по всему ее объему.

Причем операции в этом случае выполняются непосредственно, а само пространство доступных операций становится непрерывным. У такой организации есть еще одно преимущество - объемность активности. Наличие у, скажем, волевого импульса характеристики объема позволяет снизить амплитуду этого импульса без потери эффективности. Другими словами, этого импульса становится как бы "много", настолько много, что его амплитуда может быть очень низкой. А это ведет к увеличению общей чувствительности психики и меньшему ее истощению. К тому же, в импульсе, одновременно генерируемом разными участками психического пространства, присутствует специфика всех этих участков, что придает этому импульсу объем уже в информационно-энергетическом смысле.

Для перехода к распределенной организации психического пространства достаточно ощутить все тело "собой", то есть перепроецировать свое "Я" из одной точки на все доступные восприятию аспекты психического пространства. Другими словами, нужно войти "собой" во все, что можно ощутить как самого себя. Похожим образом рука входит в перчатку. Перчатка в этом случае из безжизненного предмета превращается в "руку-в-перчатке".

Переходим к практике. Наши последующие действия будут базироваться на двух операциях - отождествления и растождествления. Обе операции лежат в основе нашего повседневного функционирования. Например, представим перед собой спелое яблоко. Пока это просто яблоко, нам все равно, останется оно лежать в неизменном виде, или сгниет - мы его или съедим, или выбросим. Но если мы с этим яблоком отождествимся, процесс гниения яблока будет непосредственно отражаться в нашем психическом пространстве в виде нарастающего беспокойства, волнения и других негативных состояний. Аналогично мы поступаем по отношению к близким, работе, делам, интересам и всему остальному. Растождествление - процесс обратный. В процессе восприятия какого-то явления мы намеренно выделяем в сознании субъект и объект, в результате чего отличие субъекта от объекта становится очевидным, и мы автоматически перестаем считать объект частью себя.

Выполняем опыт.

Наблюдаем свое тело как внешний объект. Выделяем позицию наблюдателя, наблюдающего тело. Тело становится объектом, отличным от наблюдателя. Наблюдаем ощущения в теле как внешние объекты. Наблюдаем мысли как внешние объекты. Наблюдаем эмоциональный фон как внешний объект. Другими словами, мы отпихиваем от себя все, что можем воспринять и говорим "это не я". Сохраняя это состояние, выполняем простое движение - поднимаем руки вверх и опускаем вниз.

Теперь расширяем свое "Я" на весь объем тела, ощущая его целиком собой. Особое внимание уделяем рукам и ногам, включая их в объем "себя". Сохраняя это состояние, выполняем аналогичное простое движение - поднимаем руки вверх и вниз.

Если мы все сделали правильно, могли заметить существенную разницу при выполнении движений. Второй способ отличался особой глубиной ощущения движения, а также высокой скоростью переключения между фазами движения и покоя. Так произошло потому, что намерение сделать движение в первом случае рождалось в точке субъекта, после чего распространялось на необходимые участки нервной системы, и сама траектория движения корректировалась по принципу обратной связи, то есть информация о текущем положении руки непрерывно доставлялась к субъекту в область восприятия, где производилась коррекция направления, и корректирующий импульс опять направлялся в данном случае в руки. Во втором случае наше "Я" было распределено по телу, в результате чего намерение движения "вспыхивало" сразу во всем теле, и могло быть реализовано непосредственно, без транспортировки волевых импульсов в нужные зоны - эти импульсы уже там находились, как и во всем остальном объеме. Аналогично, восприятие движения осуществлялось тоже всем объемом одновременно.

Теперь у нас есть очередное поле деятельности для практики - все действия, включая движения, мышление, восприятие и т. д., выполнять всем объемом сразу. Особо интересным могут оказаться процессы чтения, смотрения телевизора, а также решение "бытовых вопросов". Естественно, для того, чтобы этот режим стал нормой, нужно практиковать постоянно, двадцать четыре часа в сутки. Время от времени стоит осознанно проникать восприятием во все отдаленные уголки тела, чтобы почувствовать, куда следует распределять свое "Я".

Теперь мне бы хотелось обратить ваше внимание на некоторые выводы, которые можно сделать по результатам экспериментов с зоной субъекта и понимания его природы.

  1. Субъект, или "Я", является продуктом работы сознания, а не наоборот, как субъективно может показаться. Продукт не может воздействовать на сознание. "Горшечник может создать десять тысяч горшков, но ни один горшок не сможет ни создать горшечника, ни уничтожить его." (Гуань Инь-Цзи).
  2. "Себя" развивать невозможно, так как "Я" - это сигнал предельно простой формы, и именно эта простая форма обеспечивает необходимые качества субъекта. Аналогично невозможно "погрузиться в себя". Некуда погружаться.
  3. Состояние объема во время практики хатха-йоги дает особую глубину понимания происходящего, что провоцирует прямое знание совершенных форм тела и движений.
  4. Формирование намерения в отдельных участках тела на изменение структуры соответствующих им тканей организма позволяет более эффективно нейтрализовать последствия различных травм в этих зонах.

И еще одно. Все описанные тут модели работы сознания имеют исключительно предписательный характер, то есть не претендуют на что-то вроде "так оно и есть на самом деле". Они построены и служат для описания ОПЕРАЦИЙ, о которых шла речь в этой части. Возможно, для других операций понадобятся другие модели, пусть даже несовместимые с этими.

Часть 3. Ноль

Итак, что мы имеем в результате практики материала первых двух частей:

  1. Мы научились замечать свое внимание и осознанно им пользоваться для управления восприятием. Мы сделали источником внимания все тело, и это сделало внимание более мощным и независящим от направления взгляда.
  2. Мы расширили "себя", то есть центр воли, на все тело, и это дало нам более эффективное управление телом. В частности, как источником внимания.

Теперь поговорим не о том, "что делать", а о том, "как делать".

За любым нашим действием, то ли внешним, то ли внутренним, стоит некоторое возмущение, или всплеск сознания. Каждый всплеск имеет определенную амплитуду. Для каждого действия амплитуда своя. На развитие амплитуды тратится энергия, а, следовательно, количество и мощность одновременно возникших всплесков ограничены, и обратно пропорциональны друг другу - чем больше всплесков, тем меньше мощность каждого из них.

Каким образом осуществляется контроль амплитуды этих всплесков? Если вы не делаете это осознанно и напрямую, и если вы четко не ощущаете в себе механизм, ответственный за этот контроль, то можно считать, что у вас развитие амплитуды всплесков сознания происходит стихийно.

Если в сознании одновременно присутствуют конкурирующие процессы, например противоречивые желания, то реализации достигает тот импульс, всплеск которого мощнее. Соответственно, чем больше у нас потенциальных возможностей, тем больше энергии мы тратим на выбор одной из них. И, с другой стороны, конечный выбор является случайным, так как мы осознанно не контролируем силу каждого всплеска.

Теперь наша задача - научиться контролировать силу всплесков сознания, возникающих при каждом нашем действии.

Для начала наблюдаем за каждым действием, стараясь заметить ощущение прилагаемых к этому действию усилий. Только наблюдаем, никак не влияя на сферу наблюдения. Продолжаем так наблюдать до тех пор, пока ощущение всплеска сознания не станет явным, конкретным и максимального подробным.

Думаю, на это у вас уйдет от одного до трех дней. Не спешите с переходом к следующему упражнению.

Теперь, выполняя каждое действие, стараемся сделать это с как можно более слабой амплитудой всплеска. То есть, сам импульс к действию и прилагаемое усилие делаем максимально слабыми. Находим тот порог амплитуды всплеска, ниже которого импульс просто исчезает и не ведет к действию, и стараемся делать абсолютно все на этом пороге, вернее чуть выше порога, чтобы действие все же происходило. Если вы практикуете хатха-йогу, то при выполнении силовых асан постарайтесь постепенно убирать ощущение усилия до тех пор, пока не останется только тот единственный импульс, без которого удерживать асану уже невозможно.

Здесь тоже не стоит спешить - потратьте время на то, что бы такой образ действия стал для вас нормой.

Теперь, когда мы научились управлять амплитудой всплесков сознания, рассмотрим другую их характеристику - объем нервной системы, вырабатывающий всплеск. Чем больший процент нервной системы участвует в конкретном действии, тем мощнее само действие, а, следовательно, за счет увеличения "площади" всплеска мы можем еще больше уменьшить его амплитуду.

Практика материала прошлых глав научила нас включать и чувствовать весь объем тела. Теперь наша задача всем этим объемом вырабатывать соответствующие действию всплески сознания.

Выполняя всякое действие, стараемся соответствующий ему всплеск сознания сделать распределенным по всему телу, включая руки, ноги, внутренности и все остальные части тела. Для этого всей нервной системой делаем то, что делала раньше маленькая ее часть, при этом стараясь как можно равномернее распространить всплеск в теле. Здесь, как и в прошлом упражнении, контролируем амплитуду всплесков и сохраняем ее минимальной.

Это упражнение, как и предыдущее, практикуем до тех пор, пока такой образ действия не станет нормой.

Теперь объединим вместе навыки, приобретенные при практике подготовительных упражнений.

Расслабляемся. Начинаем наблюдать за сознанием, отслеживая в нем все активные процессы, связанные с действиями - текущими, а также более глобальными деятельностями, в которых мы участвуем по жизни. Переводим внимание на возмущения сознания, соответствующие всем этим процессам. Теперь по очереди выключаем каждый процесс, сводя к нулю амплитуду соответствующего ему всплеска. Доходим таким образом до состояния полного нуля, когда в сознании полностью отсутствуют всплески и возмущения, связанные с действием. В этом состоянии нет никаких намерений, желаний, тенденций, импульсов - вообще ничего, что могло бы стать источником действия. Удерживаем это состояние некоторое время, продолжая наблюдать за собой. После того, как возникнет ощущение, что в этом состоянии можно находиться всегда, начинаем понемногу включать сразу все процессы сразу всем телом. Особо отслеживаем момент возникновения процессов - на грани их существования. Кроме того, наблюдаем, как эти процессы соотносятся друг с другом, причем наблюдаем не по очереди, а целостно, воспринимая сразу всю картину активности сознания. Выравниваем амплитуду всех импульсов, делая ее минимальной.

Это упражнение нужно время от времени практиковать до тех пор, пока вы не будете четко чувствовать, что источником каждого импульса к действию является состояние нуля, и пока вы не начнете каждый процесс воспринимать с позиции нуля - с позиции полного отсутствия процессов.

Такая практика позволяет воспринять все, что мы делаем, "как есть", понять природу действия, его источник. Кроме того, снижение амплитуды всплесков сознания и их распределение по всему объему нервной системы сделает действия целостными, объемными и гораздо более мощными по сравнению с тем, как мы привыкли действовать раньше, хотя энергии на эти действия будет тратиться значительно меньше.

Из журнала Йога. (Раздел Работа с сознанием).

Реклама: ТутПосуда: эмалированные кастрюли купить в Москве, продажа кухонной посуды с доставкой.

Вверх.

На главную страницу.