Варварские тексты: Ермаков Александр Сергеевич. Откуда взялись «права животных»?

 

Я теперь скупее стал в желаньях,

Жизнь моя! Иль ты приснилась мне!

Словно я весенней гулкой ранью

Проскакал на розовом коне!

 

Сергей Есенин

 

Реклама: Узнать на намибия туры цены можно на https://techprosafari.ru/tours/namibia/. Заходи.

Если б Сергею Есенину захотелось романтично прокатиться на розовом коне «гулкой ранью» в современной Германии, ему пришлось бы здорово побегать с бумажками по офисам и заплатить кучу податей. Многочисленные комиссии замеряли бы размеры стойла, температуру в разное время дня и ночи, соответствие кормов и параметров грунта... Подъем в восемь утра, стояние в очередях, долгие и несуразные попытки объяснить, зачеи ему розовая лошадь и почему именно мужского пола..... Кто знает, хватило ли бы молодому и торопливому озорному поэту времени, денег и сил на то, чтобы уладить все необходимые документы?

Да и в случае успеха на него наверняка бы донесли соседи за эксплуатацию лошади во внеурочное время и подозрительную окраску животного.

 

 

Александр Ермаков

 

 

 

Оборотная сторона немецкого «Социального Рая».

 

Помню начало девяностых годов прошлого века. Наши войска стремительно уходили из Восточной Германии и стран Восточной Европы. Реформы Гайдара-Чубайса ввергнули экономику страны в отчаянный штопор. Людям не платили зарплату месацами и годами (а инфляция превращала ее за это время в копейки). Те деньги, которые должны были пойти на жилье для выводимых из Европы военнных, непонятно куда исчезали (впрочем, теперь можно догадаться, куда). Тысячи офицеров вместе с семьями в буквальном смысле оказывались на улице. Тем временем советского имущества в Германии и странах Восточной Европы было «оставлено» на миллиарды. По телевизору шла передача о какой-то бывшей советской военной базе, оставленной в Германи и о том, что думают немцы по поводу оставленных российскими войсками военных баз.

Показывают крупным планом такую заброшенную советскую базочку и людей из городка неподалеку. И люди эти очень злы и обижены на советскую армию. «Русские – злые, жестокие и бессердечные люди. Как только может быть человек таким жестоким?» -- вопрошают они нашего корреспондента. Негодуют немецкие товарищи по поводу жестокости их бывших друзей по социалистическому лагерю.

«А, так это они на «оккупацию» и «зверства» русских солдат так обижены!» -- догадались вы. Ну как же, как же, знаем... Мы ведь у них подавляли демократию свободу самым тираническим образом...

 

А вот и нет! Оказывается, уезжающие советские офицеры бросили на произвол судьбы большое количество собак. Бездомные собаки теперь голодают, грустят без хозяев, испытывают стресс и дискомфорт. В общем, жестокие русские бросили невинных животных на произвол судьбы и вообще проявили себя как самые последние негодяи. Добропорядочный немецкий бюргер, такого садизма, конечно же, никогда не позволит!

 

Тогда передача показалась мне лишь очередным абсурдным штрихом саморусофобии и самоунижения, лившимися на нас с телеэкранов. Впрочем, я сейчас и не очень понимаю – то ли над нами так цинично издеваются, то ли и впрямь наши журналисты-демократы «страшно далеки» от народа? Как можно вообще винить солдат и офицеров за брошенных собак, когда их самих наглым образом «кинули»?

 

В стране голод. У многих из этих офицеров не что собаку некуда пристроить – детей кормить нечем, да и вообще, хорошо еще, если поселили в какой-нибудь старый дохлый сарай или раздолбаный вагончик. Гражданство российское надо доказывать и получать годами, выделенные деньги разворованы. Жить негде, зарплату не плату. С такой ситуацией тогда столкнулись многие офицеры.

 

А они нам в очередной раз пеняют, какие мы плохие – собачек бедных не любим. Не подумайте, что я такой черствый. Мне собак тоже жалко. Только вот о людях я беспокоюсь больше чем о собаках. Кроме того, в теплой Германии, с огромным количеством диких кроликов, косуль, разжиревших на немецких харчах фазанов, куропаток и прочей живности, сообразительная российская кобелина, получившая прекрасную выучку в советской армии, скорее всего, выживет. А вот бездомный человек в России в тридцатиградусный мороз в городе, где нет ни ночлежек, ни раздачи бесплатного супа – вряд ли.

 

Разница во взглядах.

 

Наших журналистов-демократов я так и не научился понимать. Сложно отделить некомпетентность от умышленного желания заморочить человеку голову окончательно и приобщить таким образом к демократическим ценностям. Тему эту я сейчас раскрывать не буду, тем, кто попытается разобраться, советую почитать прекрасную книги Кара-Мурзы «Манипуляция сознания». А вот отношение европейцев к животным после нескольких лет моей жизни на Западе – попытаюсь понять и объяснить.

 

Когда говоришь европейцу – жовотные защищены здесь законом так же как и люди, он частенько добавляет в шутку – ну что Вы, гораздо больше. И в этой шутке есть своя доля правды. Если с человеком проблему можно уладить, договориться и т.п., то с животным это невозможно, и, если ты его не дай Бог, каким-то образом нарушил права животных, с тобой поступят по всей строгости закона. Так что народ в постоянном страхе зацепить какого-нибудь обнаглевшего зверя или еще каким-то образом задеть интересы представителей фауны.

 

Особенно параноидально боязнь «попасть под животную статью» заметна у немцев. Германия, как известно, - образец порядка и дисциплины. И вообще, именно из имиджа этой страны «растут уши» многих демократических мифов о Западе как оплоте законности, порядка и гуманизма. В этой стране живут несколько миллионов «русских» (то есть выходцев из бывшего СССР, в основном, конечно, это российские евреи и казахские немцы), туда часто ездят туристы, многие работают с немцами и т.п., ну и, кроме того, это, на мой взгляд, самая близкая к России из великих Западных стран в культурном смысле. Поэтому мнение о «Западе» для русских -- во многом мнение о Германии.

 

В общем, если в Германию приехать на короткое время, то и впрямь возникает ощущение идеального общества – все улыбаются, переходят дорогу на зеленый свет, автобусы приходят по расписанию и т.п. Народ ходит радостный и просветленный чуть ли ни строем и всячески демонстрирует гостепреимство и великодушие.

 

Но не все так прекрасно в немецком «Социальном Раю», как это представляется на первый взгляд. Пожившие там немного знают, что оборотной стороной достигнутых успехов являются тотальная слежка всех за всеми и невероятное стукачество. Стучат безбожно. Впрочем, сказать, что стучат безбожно – это почти ничего не сказать. Дело тут не только в масштабах явления – перманентный стук врос естественным образом в устои государственного и общественного устройства. Ощущение такое, что при отмене традиции стукачества (если это вообразить хотя бы теоритически) немецкое общество просто рухнет.

 

Если базовая идея англосаксонского капитализма «борьба всех против всех», то основным императивом немецкого общества можно без преувеличения назвать «контроль всех надо всеми», мощный и разветвленный взаимный «перестук» и непрекращаемая ни на минуту и шпиономания и параноя преследования. Чуть твое поведение отклоняется от нормы – и ты уже под подозрением. Касается это и самих немцев и иностранцев. После трагических событий 11 сентября 2001 года немецкая подозрительность превзошла самою себя, дойдя уже до абсурда. Теперь самыми подозрительными являются как раз те, которые ничего подозрительно не делают. Они считаются потенциально наиболее опасными. То есть, если человек, скажем, подрался по пьяни или попался на безбилетном проезде – то это ничего, нормальный человек всегда чего-то нарушает. Ну а если он идеальный гражданин, никаких правонарушений за ним нет – тут держи ухо востро, немецкий бюрократ! Не иначе как потенциальный террорист! То бишь прикидывается порядочным, но в один прекрасный момент начнет мочить всех подряд.

 

Зоологические аспекты немецкой жизни. Непростые отношения с дикими и сельхоз - животными.

 

Но, поскольку серьезных правонарушений немцы стараются не делать (или делают наверняка, так, чтоб без свидетелей), а идея «контроля всех над всемя» жива и процветает, то желающие постучать доискиваются до всяких мелочей (с нашей точки зрения, это мелочи, по крайней мере). Неосторожные и непродуманные взаимоотношения с животными могут дорогого стоить. Не дай бог пристукнуть самому какую-нибудь поднадоевшую мышь или крысу. Грызунам должны заниматься только специалисты, специально натренированные и обученные гуманным методам отлова животных. Если прибил крысу, и соседи это увидели – тебя ожидают крупные неприятности с полицией, вплоть до ареста или крупного денежного штрафа. За жестокое обращение с животными! Закон сурово охраняет диких животных от жестокости со стороны людей, порою до абсурда сурово.

Эту шокируюшую деталь я узнал из разговора со своим немецким другом Франком и потом долго не мог в это поверить. Вообще, многое о Германии и, в частности, об отношении немцев к животным, я почерпнул из дискуссий с этим замечательным человеком и беценным собеседником. Франк – просто кладезь бытовой информации, типичный пример эдакого вечного студента-переростка. Ему уже за тридцать, а он все учится и учится. Для многих немцев студенчество становится стилем жизни, и потом уже трудно от него отказаться. Благо гуманная государственная машина этому потворствует.

Для тех, кто не знает – образование в Германии бесплатное. Ладно бы для немцев, это я еще могу понять, так оно и для иностранцев бесплатно. Практически бесплатно. Платишь примерно сто двадцать евро, и тебе выдают студенческий билет на семестр. Но этот билет является также проезным на городской транспорт (!), пригородные поезда (!), по нему тебе предоставляются скидки в кино, музеи, интернет и много чего еще, все это с лихвой покрывет затраченные сто двадцать евро. Университет обычно помогает студенту найти жилье, подработку. Кроме того, до 27 лет можно получать образовательный кредит.

Так что с оплатой образования проблем нет. Проблема в другом – у большинства молодых немцев нет ни желания упорно учиться, ни четкой жизненной стратегии, а главное – понимания, чего ж он сам хочет-то? Поучится юноша годик в одном университете на программиста, потом в другом – на египтолога или, скажем, юриста, а потом – на востоковеда или химика. И так может тянуться довольно долго. За несданный экзамен никто тебя не выгонит.

 

Понятно, что есть и плюсы и минусы у такой системы. В немецких студентах заметно трогательное и абсурдное сочетание прагматизма (многие считают, что деньги-главное, и образование нужно только для того, чтоб деньги зарабатывать) и инфантилизма (а вот строить жизненный план и напрягаться почему-то не хочется!). Хотя, если честно, трудно не позавидовать особому стилю «свободной и разгильдяйской жизни» немецкого студенчества.

Мой друг Франк как раз из этой среды. Частенько коротали мы с ним вечера в общаге Марбургского Университета. Университет -- побратим МГУ, ведь там, межу прочим, учился сам Михаил Ломоносов! Ломоносова, правда, выгнали за очередной дебош (так говорят злые языки, по крайней мере), но памятная доска стоит. Пастернак там тоже успел отметиться! В Марбурге работали братья Гримм, Альфред Венегер (теория дрейфа континентов) и другие великие ученые. Город (особенно вечером) напоминает романтический студенческий мир из произведений Эрнста Теодора Амадея Гофмана. В общем, замечательный «вечный студент» и знаток жизни из замечательного классического университета просвешал меня насчет немецких реалий. Кроме того, Франк неплохо разбирается в законах, регламентирующих «права немецких животных».

А законы эти довольно суровые. Если Вы решили завести домашнего питомца – ну, скажем, кошечку или собачку, крепитесь -- Вам предстоит невероятная морока и долгий бюрократический процесс. Во-первых, необходимо доказать, что жилье удовлетворяет определенным условиям. То есть в вашу квартиру припрется комиссия, начнет замерять кубометры, потолки и т.п. Затем нужно оформить кучу бумаг и получить лицензию (!) на содержание животного. И платить при этом, представьте себе, налог (!). Немаленькие деньги, причем налог этот пропорционален размеру животного. В Германии даже есть особый асоциальный типаж (ну как у нас хиппи, панки или волосатики). Этакий деклассированный элемент с огромной собакой. Своим видом он протестует против устоев современного общества. Форма протеста – демонстративная неуплата налога на собаку. Остроумно, не правда ли. Попробуй-ка вправить мозги молодому разгильдяю, когда с ним такая собачара! Вряд ли кто станет связываться.

Столь же строго регламентируется разведение сельхозживотных. У каждый свиньи, овцы и т.п. есть индивидуальный паспорт. Он прикрепляется на ухо. Все животные должны быть учтены и зарегистрированы. Периодически на фермы набегает полиция и проверает животных на наличие паспортов. Не дай Бог найдут свинью без документов! Эксплуатация служебных животных (например, лошадей) тоже регламентируется. То есть они работают определенное количество часов, с перерывом на обед, сильно напрягать их нельзя и т.п.

Единственным видом сельхоз-млекопитающих, которых можно содержать без лицензии и налога, являются кролики. Они очень популярны в качестве домашних питомцев. Сидит этакая симпатичная студентка на солнышке и кормит кролика травкой. Умилительно!

В общем, хочешь содержать питомца – плати. Не заплатил – пойдешь под суд. Тут все понятно. И уж совсем недопустимо, скажем, отлавливать птиц. Охота и рыболовство в Германии строго лицензируются, за все надо платить, получать лицензию и т.п. В этоге пойманная рыба или добытое мясо обойдется дороже, чем купить в магазине (плюс время на бюрократические проволочки). Так что охота и рыболовство в Германии (и в большинстве стран Западной Европы) не для пропитания, а, скорее, спортивный отдых. Представьте, если б у нас ввели такие «гуманные» правила где-нибудь в Сибири, где часть народа хоть питается в основном за счет грибов, рыбалки и охоты!

В Европе (и собенно в Германии) тебя не покидает ощущение, что природа «отделена» от государства и общества. Вообще у немца четкая позиция – животное лучше не трогать и ни в какое общение не вступать. Схватишь какого-нибудь зверя или птицу – не оберешься потом проблем с полицией. Все это может рассматриваться как насилие против животных, а за это – статья! С одной стороны это хорошо – там много диких зверей и птиц прямо в черте города (косули, кролики, гуси, лебеди), у нас этого не встретишь. Поначалу это радует и восхищает. Но потом видишь, что народ полностью утратил связь с природой, и это настораживает. Не знают ни животных, ни растений, люди растеряли элементарные навыки выживания, потеряно само ощущение природы-матери. Спрашиваешь – вот окажешься в лесу, чего есть будешь, знаешь ли ты съедобные грибы, коренья, – не понимают вопроса вообще! Ну, говорю, а какие лекарственные травы у вас тут используют, -- смотрят как баран на новые ворота, дескать, о чем это ты? Вообще многие простые вопросы ставят европейцев (и особенно немцев) в тупик.

А как же, спрашивал я Франка, быть в ситуации, если, к примеру, ворона залетела к тебе квартиру и сама стала там жить. Это ж не твоя вина, ты ее силой не заставлял, ей самой так нравится. Должен ли ты ее выгнать или пусть живет себе на здоровье? Оказывается, тут юридический тупик, -- как бы ты ни поступил, все равно будешь виноват. Если ты позволишь вороне жить, то нарушаешь жилишные нормативы и лицензирование, «просекут» соседи, стуканут в полицию – и у тебя большие проблемы. А вот если ты ворону схватишь и выгонишь на улицу взашей, то это вообще статья – насилие над животными. Единственный выход – позвонить в специальную службу, приедут эксперты, все обсудят и наиболее гуманным способом «уговорят» ворону вернуться на улицу. Так что придется раскошелиться на услуги специалистов. Во как!

 

Замалчиваемые отношения.

 

Если уж честно и объективно обсуждать все аспекты «прав животных» в Германии да и вообще взаимоотношений человека и животных, нельзя не остановиться на таком стыдливо замалчиваемом явлении, как сексуальные отношения с животными. У многих немцев, кстати, пунктик на этом месте. Сексуальная неприкосновенность животных (как диких, так и домашних) гарантирована в Германии законом.

 

В стране запрещена зоофилия не только как таковая, но и любая форма ее пропаганды. На полном серьезе – тюрьма за какую-нибудь фотку, картинку или намек. Это немного удивляет, учитывая незакомплексованность этого великого народа в других сексуальных вопросах. Предвидя одобрительную реакцию консерваторов, объсню, что идея такого запрета в Германии имеет, как это ни странно, имеет либеральную, а не консервативную подоплеку. Считается, что животные имеют права аналогично людям, и в том числе право на неприкосновеность. А любой сексуальный контак с животным, по мнениею немецких законотворцев, – это изнасилование, так как животные говорить не могут, то и уверенности в их добровольном согласии быть не может.

 

Когда я рассказывал немцам о нашем «художнике» Олеге Кулике, духовном лидере русских зоофилов, основателе художественного стиля «зоофрения», у них волосы дыбом вставали. Как же так, говорю, вот у нас опубликован альбом Кулика «Вглубь России», лежит в книжных магазинах в свободной продаже, люди смотрят, обсуждают, а у вас такого нет. А вы говорите, что в Германии – демократия!?! Получается, что у нас страна гораздо свободнее! В этом альбомчике Кулик (фамилия, кстати, под стать зоофилу) то с петушком, то с козочкой! В разных, понимаешь, ракурсах! Немцы просто не верят, что такое вообще возможно! В Германии этот «свободный художник» давно бы отправился за решетку за свои «художества». Застучали бы в момент и увели под белы рученьки! Там с этим строго. Такая вот «демократия»!

 

Впрочем, здесь я как раз с немцами согласен. Может, я и плохо разбираюсь в современном искусстве, но по-моему, нет особой художественной доблести в том, чтобы отодрать какого-нибудь несчастного сурка или тушканчика. Может, это и не мое дело, с кем Олег Кулик проводит свой досуг, но, всяком случае, нечего это пропагандировать. И так в стране демографическая ситуция аховая, а он тут еще молодежь учит черт знает чему! Кулик говорит, что его искусство и концептуальные акции (Многие помнят еще акцию «последнее табу» в Москве на ул. Большая Якиманка. Абсолютно обнаженный Кулик посадил себя на цепь, выл, набрасывался на прохожих и пытался их укусить ) ведут якобы к глубокому слиянию человека и природы, взаимопроникновению и взамопониманию людей и животных. Художник утверждает, что животные хотят его «любви» и сами к нему тянуться. Не верю, гражданин Кулик! По-моему, все, что Вы делаете – самая что ни на есть неприкрытая и махровая содомия! Что ж это такое! – здоровенный мужик в расцвете сил обделяет вниманием наших замечательных российских женщин, и флиртует вместо этого с поросятами или козочками! Ненормально это, и Вы не переубедите меня в обратном! Ненормально и все тут!

 

Проблемы автомобилистов и феремеров.

 

Ну да, ладно с ним, с этим «куликом».... Это все-таки довольно экзотическая сфера взаимоотношений и нормальных людей она не волнует. Зато вот автолюбителям в Германии приходится повыть изрядно. Есть такой хищный зверек из семейства – ласка. Маленький, юркий и беспощадный. Стремительная и миниатюрная машинка для убийств. И полюбилась ему почему-то высококачественная продукция немецкого автопрома. Не иначе, как за хваленое качество. Зверек очень любит подлезать под машину и перегрызать там все что попало. Не дай Бог поставить капкан – загремишь в полицию. Приходится автолюбителям прибегать к разным уловкам – дежурить поочередно возле стоянки, придумывать всякие самодельные пугалки (хотя это тоже полузаконно). Создаются даже неофициальные сообщества автолюбителей. Люди друг другу помогают советами, самоделками и т.п...Но все это полусекретно, сами понимаете.

 

Другая категория населения, страдающая от звериного произвола – фермеры и владельцы садово-огордных участков. Представьте, в восточной Германии есть дачи, настоящие дачи в советском стиле. И страшная напасть поперла на дачников – грозный зверь крот. В русском сознании крот представляется этаким вечным трудягой, пахарем. Еще бы – столько прорыть подземных ходов. Мы крота уважаем за его трудолюбие и усердие. Но для немцев зверек этот – в первую очередь гроза садов и огородов.Очень злобный вредитель. Подрезает корни сельскохозяйственных растений. Бороться с ним непросто. А в Германии еще и запрещено по закону. Отловишь такого зверька – разбирайся потом с полицией. А не отловишь – он тебе все яблони в саду перепортит. Грызет корни не зная пощады. Да и откуда ему знать – это для Вас яблоньки любимые деревца, Вы в них всю душу вложили, пятнадцать лет с ними корпели, а для крота это что? -- самый обычный корень, не хуже и не лучше чем любой другой. Корень он и есть корень.

 

Но восточные немцы не растерялись. Организуют на дачах всякого рода пати и попойки с дискотеками, отмечают праздники, приглашает друзей и знакомых. Народ танцует, землю топчет, а кроты шума не любят – расползаются по соседям. Соседи, конечно, не в восторге, вызывают полицию. Ну а народ лохом прикидывается – дескать, про кротов слыхом не слыхивал в наших местах, зато страсть как люблю танцы и веселье. А что народу столько – так это моя дача, кого хочу, того и приглашаю. Ну, полиция уходит несолоно хлебавши. Действительно, трудно доказать, что ты со злым умыслом кротов пугаешь. Может, ты и впрямь танцы любишь, кто тебя знает?

 

Итак, мы обсудили проблемы взамооотношения немцев с дикими и сельскохозяйственными животными, домашними пеитомцами, животными-вредителями, регуляции охоты и рыболовства и даже сексуальные взаимоотношения человека и животных. Хотя единого европейского права по правам животных пока не существут, в целом ситуация схожая и в других странах Западной Европы.

 

 

Защита подопытных.

 

 

Остается, однако, еще одна сфера взаимоотнешений человека и животных, которая нас, ученых (особенно биологов), не может не волновать. Я имею ввиду использование животных для проведения научных экспериментов. Считается, что первый физиологический эксперимент был поставлен Уильмом Гарвеем на собаке (показал, как кровь циркулирует по сосудам). Кто-то говорит об опытах Франческо Реди с личинками мух и мясом, закрытым марлей как о первом биологическом эксперименте (Реди доказал, что мухи не могут самозарождаться из мяса). Хотя, конечно, трудно провести четкую границу между экспериментом и наблюдением.

Так или иначе, за несколько сотен лет учеными проведено огромное количество научных исследований на животных. И мы, ученые, и все человечство, должны быть благодарными животным за это. Недаром в Санкт-Петербурге стоит памятник павловским собакам. Поставлен по настоянию Павлова еще в 1935 году. Ученые обычно относятся к своим питомцам трепетно. Кроме, того, содержание животных и условия проведения экспериментов регулируются определенными правилами. Особенно строго с этим обстоит дело в Европе.

 

Здесь я хотел бы сделать реверанс нашей любимой Германии и переместиться на несколько сот миль к Западу – поговорить немного о правовой регуляции исследований на животных на туманных просторах Соединенного Королевства. Британское законодательство по использованию животных в научных целях самое суровое в мире, и британские ученые этим вполне заслуженно гордятся. Кроме того, именно в Великобритании наиболее силен общественный накал вокруг использования животных в науке. Именно здесь особенно злостно лютуют борцы права животных, экорадикалы и экотеррористы.

 

Биологичесая наука в Великобритании сосредоточена Университетах, государственных исследовательских организациях (таких как MRC ( Medical Research Council ) и BBSRC ( Biothechnology and Biological Sciences Research Concil )), клиниках и центрах здоровья, ими могут заниматься и частные компании.

 

Для того, чтобы заниматься исследованиями на ряде животных, необходимо получение специальной лицензии. Лицензию эту выдает Home Office , что – то типа Министерства Внутренних Дел. Но для того, чтобы подать заявку на такую лицензию, необходимо пройти курсы и успешно сдать экзамены по ним.

 

Основным законом, регулирующим использование животных в научных целях, явялется акт Animal ( Scientific Procedure ) Act 1986 ( ASPA 1986) (хотя есть и другие законы, более специальные). Этот акт рассматривает определенную группу животных. К подпадающим под закон животным отсятся все позвоночные (исключая человека) а также осьминоги (их включили позднее под давлением общественности, дескать, они умные шибко, не глупее некоторых, так что давайте их тоже включим). Млекопитающие, птицы и рептилии охраняются начиная с половины беременности, насиживания яиц или эмбрионального развития, а рыбы, амфибии и осьминог – с момента, когда начинает самостоятельно питаться. Формулировка, на мой взгляд, довольно условная. То есть, скажем, эмбрион мыши 10 дней развития под закон не попадает, а вот 11 – уже попадает. Но это детали. Суть ясна – под строгой охраной законодательства находятся высокоразвитые животные. Закон рассматривает обязанности и ответсвенность всех, кто работает животными.

Есть и определенная категория процедур, рассматривая законом. Рассматривается все, что может причинить животному страдание, боль, стресс или остаточный вред. Законом рассматриваются все то, что связано с наукой, но не с содержанием животных. Есть животное болеет, то можно спокойно сделать ему инъекцию, не согласуюя с ASPA . А вот если инъекция точто того же вещества, но в научных целях – это уже эксперимент, и поэтому попадает под действие закона.

Для исследователя необходима персональная лицензия, у для руководителя экспериментального проекта -- непременно лицензия на проект. Для исследовательского института – сертификат.

Формальная сторона использования животных строго регулируется Хомм-Оффисом (Аналогом нашего МВД, но с более широкими полномочиями).

 

В институтах есть еще и независимая организаци по биоэтике ( The Ethical Review Process ), которая проверяет время от времени, этично ли у вас работают с животными. Основа биоэтики в Британии проста и очень эффективна. Всегда необходимо соотносить страдания животных и пользу для науки и человечесства. Недопустимо, если животное страдает, а вы толком не продумали эксперимент. Всегда помните о правиле “3 R ” – Replacing , Reducing , Refinding . Replacing – если возможно заменить животное в эксперименте (например, на культуру клеток), то надо это сделать. Reducing – использовать как можно меньше животных. Refinding – свести к минимум причиняемый экспериментом стресс и дискоморт.

 

Как я уже упомянул, законодательное регулирование экспериментов над животными в Великобритании самое строгое в мире. Например, система персонального лицензирования существует только в Британии. Далеко не везде работают Комитет по Биоэтике и независимые инспекции. В Соединенном королевстве полностью зарещены физиологические эксперименты на человекообразных обезьянах, тестирование косметики и тест LD 50 (это такой тест в токсикологии, когда оценивается доза яда, убивающая 50 процентов животных). У английских ученых глубоко уважительноое отношение к животным существующим законам и правилам. С правами подопытных животных в Британии обстоит строго, ученые неукоснительно соблюдают этику и и законы, регулирующие права животных.

 

Философские и этические истоки идеи «прав животных».

 

Наряду с окончательным узакониванием человека как субъекта, обладающего правами, в XX веке появились этические и правовые концепции, согласно которым человек должен быть лишен своей уникальной позиции в центре мироздания. Наиболее ярко такой подход выразился в концепции «прав животных». Движение борцов за права животных вышло напрямую из воззрений экофилософов и экотеологов второй половины ХХ века. Одним из первых защитников «прав животных» считается австралийский мыслитель Питер Сингер, автор ряда работ по философии этики. Родители его были австрийскими евреями, сбежавшими перед первой мировой войной на другой континент от ужасов фашизма. Отец Питера занимался торговлей, а мать – медициной. Сингер изучал историю, право и философию в Университете Мельбурна. Весьма показательно название его дипломной работы – «Почему я должен быть моральным?» После окончания Университета Сингер получил стипендию на учебу (в качестве аспиранта) во всемирно известном Университете Оксфорде (Великобритания).

В Оксфорде он работал под руководством всемирно знаметого философа Хейра. В 1973 году году Сингер подготовил и успешно защитил кандидатскую диссертацию по теме «Демократия и непослушание». После этого он работал в Оксфорде, затем в Университете Нью-Йорка, и в 1975 году издал книгу «Освобождение животных». Книга была переиздана в 1977 году издательством « Avon Books », и Сингер получает всемирную известность. Он возвращается в Австралию и продолжает развивать там свои идеи. В настоящее время Сингер работает сразу на двух континентах – в австралийском Мельбурне ( Monash University ), и, кроме того, в Принстонском Университете (США).

Кроме своих своих академических заслуг, Сингер является своего рода иконой «движения за освобождение животных» и одним из идеологов проекта « Great Ape Project », движения, которое добивается принятия ООН «Декларации Человекообразных Обезъян». Авторы считают, что на человекообразных обеъян должны распространяться некоторые «права человека» -- право на жизнь, право на свободу и на защиту от пыток.

 

Немного о культовой книге Питера Сингера «Освобождение животных». Автор подходит к рассмотрению понятия права с точки зрения утилитаризма, В этой книге Сингер вводит понятие «специецизм» — видовая дискриминация, по аналогии с расизмом и сексизмом. Специецизм – это когда один вид (то есть, как правило, человек) нарушает права других видов. По логике автора, также как расист не имеет права считать себя выше представителей других рас, так и человек должен признать, что с точки зрения этики он ничем не отличается от животных.

 

Эпохальными вехами в истории экофилософии стали также книги Тома Ригана «Дело о правах животных» (1983) и «В защиту прав животных» (1985) и Эндрю Линзи «Божественные права животных» (1987). Эти авторы приходят к концепции «прав животных» через анализ общих черт человека и животных, в том числе в области духовной . Том Риган, профессор философии университета Северной Каролины, считает, что люди и животные имеют много общих свойств (например, память или способность желать), и на этом основании следует признать за животными те же права, что за людьми. Эндрю Линзи, доктор теологии, обосновывает наличие прав у животных с христианских позиций: по его мнению, что все существа, исполненные Святого Духа, имеют равные права.

 

Как видим, основателями идеи «прав животных» были серьезные западные интеллектуалы и глубоко этические люди , черпавшие вдохновение в гуманистических и религиозных концепциях западной культуры. К сожалению, часть их наиболее радикальных последователей отбросили этику и интеллектуализм и взяли на вооружение экстремизм, насилие, шантаж и террористические методы. В первую очередь такие активисты борются против использования животных в научных исследованиях. Особенно активным является движение «борцов за права животных» в Великобритании. Сегодня биолог в этой великой научной державе, давшей мира Гарвея и Дарвина, Гексли и Сенгера, а также сиквенирование ДНК и овечку Долли , не может чувствовать себя в безопасности; нередки случае террористистических актов против научных организаций, нападения на ученых, шантаж и запугивание экспериментаторов, и даже разрушение могил их родственников и садистическое глумления над трупами.

 

 

 

Анархия в Соединенном Королевстве.

 

В Британии много людей, которые считают, что правила проведения экспериментов над животными надо ужесточить либо вообще запретить эир эксперименты. И люди эти настроены весьма радикально. Они-то как раз законами часто пренебрегают. Вы, наверное, уже догадались, что я говорю о борцах за права животных, экотеррористах и экорадикалах. Тут надо сделать одно замечание. В своей статье я буду использовать эти термины как синонимы, хотя, строго говоря, это не так. Не каждый борец за права животных потенциальный экотеррорист. То есть человек может, конечно, иметь такую позицию, что эксперименты на животных не нужны, давайте вообще запретим биологию и т.п. и пропагандпровать свою позицию, скажем, митингуя на площади. Проблема в том, что часто эти люди занимаются саботажем правительсвеннх учреждений, запугиванием научных работников, а порою даже убийсвами и организацией взрывов. Вот это, как вы понимаете, уже радикализм и терроризм. Кроме того «эко»-деятели больше ориентированы на спасение диких животных, а борцы за права животных – на борьбу с наукой и защиту подопытных животных. Хотя, опять же, разница нечеткая. По английски таких деятелей называют animal activist либо animal rights activist , но уж очень неуклюже это переводится на русский (животные активисты или активиты прав животных).

Итак, немного об этой братии. В Великобритании я обнаружил удивительную вешь. Как только кто-то из биологов начинает обсуждать науку в общественном местое, остальные моментально умолкают и всячески показывают знаками, что надо быть быть настороже. Ученые серьезно опасаются выходок и провокаций со стороны активистов прав животных. В Университете Соуфхамптона экотеррористы когда-то взорвали факультет Биологии, убив несколько студентов.

Другое нашумевшее преступление – активисты напали на профессора биологии и отрубили ему руку. Неудивительно, что британские ученые настолько обеспекоены. Угроза нападения вполне реальна

Летом 2004 года экотеррористы объявили графство Оксфордшир как основную мишень своих акций. Особенно здорово «постарались» они в июле этого года. Университет Оксфорда решил построить новое здание для работы с животными. Что-то типа большого вивария, в котором бы содержались животные для разных факультетов и исследовательских групп. Работа шла в полном разгаре. И вдруг неожиданно руководители компании получили по «черной метке». В письмах сообщалось, что они давно уже под колпаком у экотеррористов. В случае, если строительство здания не будет остановлено, информация будет в открытом доступе и всем непоздоровиться. Одновременно была организована блокада близлежащих зданий биологических кафедр. Саботаж стоял невероятный! Никому не позволяли попасть внутрь.

В общем, строительство здания было остановлено. И никто теперь не берется его достраивать даже за большие деньги. Строители повелись на шантаж. А экотеррористы, окрыленные успехом, прдолжают свои концептуальные акции. Об одной из них я расскажу поподробнее. Вечером накануне народ (биологи и не только) начинает шушукаться – а вы слыхали, активисты опять чего-то затевают! Будьте осторожны! Иду спать с намерением разузнать обо всем поподробнее назавтра.

 

 

Небольшое журналистское расследование.

 

 

Итак, суббота 4 декабря 2004 года. Выхожу с фотоаппаратом из дома и иду в сторону Научного Парка. Дай, думаю, посмотрю, что они там затеяли и заодно сделаю пару фоток для статьи. Надо сказать, что англичанину такой поступок показался бы безрассудством Д'Артаньяна по крайней мере. Биолог-европеец убежал бы другой конец города. Иду по городу и как-то удивляет, что сегодня довольно много полиции. Чем ближе я к цели, тем полиции больше. Стараюсь найти здание. Вижу нечто похожее. Обнесено забором, а на заборе что-то написано. Подхожу поближе – ага, точно оно! Это указ Суда ЕЕ Величества насчет экорадикалов. Довольно много полиции, но вдалеке. Через дорогу, правда, стоит машина без опознавательных знаков. Думаю – фотографировать или нет?

 

Вспоминаю Михаила Горбачева «что не запрещено, то разрещено»! Действительно, чего это я смущаюсь? Мы ж в цивилизованной стране! Раз не висит запрещающего знака, значит, можно снимать. Отхожу чуть в сторону, делаю общий снимок здания. На него грустно смотреть. Недостроенное, неуютное какое-то. Прямо как Дарвиновский Музей в Москве лет 20 назад Какое-то даже сострадание чувствуешь к этому «долгострою». Здесь могли бы работать ученые, делать важные и нужные эксперименты... Кто знает, может быть, кто-то окрывал бы сейчас лекарство от рака или СПИДа? Человечество ведь так нуждается сейчас в биомедицинских исследованиях. Но нет! Саботажники и шантажисты добились своего!

С такими грустными мыслями я приблизился поближе к забору и стал снимать Указ Суда ЕЕ Величества. Дай, думаю, сниму для потомков. Но тут краем глаза улавливаю движение в черной машине через дорогу.

Засада! Из машины выходят две милые английские леди в полицейской форме. Настроены они весьма серьезно и безапелляционно. «Сэр, можно Вас спросить, а что Вы тут делаете с фотоаппарратом и почему?» -- сурово вопрошает одна из них. Да так, говорю, хожу, фотки делаю. Объяснение ее явно не удовлетворяет, лишь усиливая подозрение. «Сэр! Вы должны покинуть это место! У нас тут ситуация! Мы ожидаем провокаций экотеррористов!» «Идите-ка вон туда вдоль по улице и там фотографируйте!» -- и указывает мне в сторону центра города.

Во как! Вот Вам и хваленая демократия! Вот Вам и свобода (в данном случае свобода передвижения)! Мое «журналистское расследование» терпит полное фиаско. Уныло бреду назад к Центру города. С полицией в Англии спорить не принято. Впрочем, есть два утешающих факта. Во-первых, в России в аналогичной ситуации могли бы еще морду набить и камеру отобрать. А, во-вторых, по сути дела, это они как раз меня, биолога, защищают от подозрительных личностей.

Настроение, тем не менее, сильно подпорчено. Продолжаю двигаться в сторону центра. Оксфорд – очень красивый город, но совсем не похож по духу на университетские городки Европы. Тут все поделено на коллледжи, везде секьюрити, так просто не пройдешь и т.п. К тому же в Англии на каждом углу развешаны видеокамеры и Вас постоянно записывают (подсчитано, что каждого англичанина записывают в среднем по 200-300 раз в день). В этом смысле Англия напоминает полицейскую Россию последних лет... Но у нас огромное количество милиции, охраны, вахтеров и т.п. объясняют опасностью терроризма, а в Англии вообще никак не объясняют. Народ и не спрашивает. Все ведь и так знают, что живут в самой свободной и демократической стране!

 

Как бы там ни было, Оксфорд -- замечательный город, одна из интеллектуальных столиц Западного мира. Ломоносова он не взращивал, но сыграл по-своему важную, хотя и трагическую роль в истории России. Один из питомцев Оксфорда – князь Феликс Юсупов был организатором убийства Распутина. Многие историки считают, что убийство это сыграло трагическую роль в истории нашей страны. Кстати, именно Юсупов организовал в начале двадцатого века русское студенческое землячество Оксфорда, которое существует до сих пор.

Приближаясь к центру, замечаю, что полициии стало еще больше. Над городом изредка кружат вертолеты, места, наиболее подходящие для демонтраций, заблокированы гарантами закона, центр патрулируют наряды Конной Королевской Полиции и даже спецгруппы полицейских на велосипедах (впервые в жизне такое увидел). По всей видимости, ожидаются акции в самом центре города. Тут я начинаю замечать и борцов за права животных. Поняв, что ситуации под контролем и помитинговать на излюбленных местах им не дадут, радикалы прибегаю к довольно остроумной тактике. Небольшими группами по 2-3 человека они мобильно передвигаются по городу с плакатами и листовками, привлекая вниманиие народа. Ага, вот идет женщина с плакатом « Animal tested drugs cause cancer !». Испытанные на животных лекарства вызывают рак. Судя по всему, она протестует против испытания лекарств на животных. Давайте попробуем разобраться, что имеется ввиду. Во-первых, непонятно, у кого вызывается рак – то ли у животных, то ли у тех, кто такие лекарства покупает. Наверное, все-таки второе. Тогда неясно, что делать – что, напрямую пускать лекарства в продажу без испытаний, что ли? Если уж лекарства оказались такими вредными после многолетних тестирований на животных, то разве можно их использовать вообще без тестирования? Или, может вообще не лечиться? Заболел – так подыхай! Посмотрел бы на этих активистов, если б они (не дай Бог, конечно) заболели чем-нибудь серьезным. Вряд ли они безропотно принесли бы себя в жертву идее «Прав жиыотных». Наверняка бы потребовали квалифицированного лечения.

Тут я увидел, что несколько активистов остановились на улице и раздают пропагандигандистьские листовки. Что ж, еще товарищь Ленин говорил о важности агитациооной работы среди населения. Подошел, взял парочку. О чем пишут? Примерно о том же. Животные не похожи на людей, а потому все биологические эксперименты надо запретить. «Эксперименты на обезъянах – безумие!» -- гласит одна из прокламаций. Изображена симпатичная обезъянка в клетке. Развернул – там картинки нейробиологических экспериментов, обезъянки со вставленными электродами и т.п. По всей видимости, назначение картинок – произвести эпатаж. Что ж, на особо внушительных особ действует. Однако вчитаемся в текст. Говорится, что обезъяны не похожи на людей, мозг меньше и т.п., в общем вроде разумные вещи. Но потом делается вывод – эсперименты надо вообще прекратить. Этим людям , по всей видимости, и не приходит в голову, что потому-то и существует наука биология, что результаты, полученные на одном объекте, можно (до определенной степени) распространять на другие. А человек – один из биологических объектов, Так, классическая генетика сделана в основном на дрозофиле, эмбриология – на амфибиях, молекулярная биология и молекулярная генетика – на бактериях и вирусах. Тем не менее, многие открытые этими науками принципы применимы и к человеку.

Особенно умиляет простотой аргументации вторая листовка. Изображена симпатичная собачья мордашка. Спрашивают: «Неужели она похожа на тебя?». Ответ: «Дык она и реагирует по-другому!» Дальше идет аргументация такого рода, что животные от человека отличаются, а потому все доклинические испытания лекарств надо прекратить. Хотя по сранению с первой листовкой заметен некоторый прогресс – авторы задаются вопросом, а как же быть? Приводится некий альтернативный проект – сначала провести компьютероное моделирование и тестирование на культуре клеток, а потом – испытание небольших доз лекарства на добровольцах. Положа руку на сердце, захотели ли бы Вы быть добровольцем в такой ситуации? Если планам экорадикалов удасться осуществиться, наверняка таких «добровольцев» буду искать добровольно-принудительным способом где-нибудь в Восточной Европе, Африке или Латинской Америке.И, с учетом того, что восточноевропейцы биологически ближе всего к представителям «Золотого Миллиарда», у Восточной Европы шансов все-таки больше. А может, перевести нашу армию (или тюрьмы) на «самоокупаемость» и порекомендовать генералам (или начальникам тюрем) поискать выгодные биомедицинские контракты с западными компаниями? Выгодно ведь!

Невеселые мысли....Побродив немного по городу и убедившись, что полиция держит ситуацию под контролем, я отправляюсь на работу. Хотя и выходной день, но хочется немного поработать. Что ж, похоже никаких сенсационных противоправных актов сегодня не будет. Ну и слава Богу!

 

 

Давайте немного подумаем о судьбе России.

 

Надо признаться, я общался иногда с борцами за права животных. Часто это умные и интересные люди, со своей особой этикой отношения к жизни и всему живому. Единственное, чего у них нет – целостной картины происходящего вокруг. Они даже и не пытаются ее строить. Впрочем, это беда всего западного сообщества. Сознание людей мозачно и строится по голливудским шаблонам, мозги у многих промыты просто начисто. Вроде и есть информация для анализа, а как воспользоваться ею – не знают. Капитализму не всегда нужны думающие и самостоятельные личности, способные анализировать ситуацию и принимать решения. Мозги в государственных школах детям «не ставят». Очень низкий уровень преподавания естественных наук, большиство учеников так и не постигают логику анализа ситуации (что прекрасно давала советская школа). Шокирующий для меня факт – оказывается, большинство выпускников (!) государственных школ, даже с хорошими отметками, не обучены элементарной математике (например, не умеют складывать дроби). Сначала я не поверил, потом стал проверять среди своих знакомых – оказалось, правда! При этом, однако, есть элита общества. Эти люди образованы, вполне понимают чего хотят и как система работает. Но хорошее образование в Великобритании стоит больших денег (начиная с раннего детства, учеба в частной школе стоит от 600 фунтов в месяц, не у каждого такие деньги лишние). В элиту вхожи в основном дети богатых родителей. Простому человеку пробиться в хороший университет очень сложно.

Так вот, западная молодежь не хочет видеть связи между собственным процветанием и относительно высоким уровнем жизни и научно-техническим прогрессом. В этом есть какой-то инфантилизм. То есть пользоваться всеми благами цивилизации они будут, это само собой разумееется, а вот откуда и как это все берется – никого не волнует. Думаю, что борьба за права животных – следствие такого подхода. Людей не беспокоит, откуда берутся лекарства, еда да и деньги в государственном бюджете. Не нравится чего-то – надо идти и протестовать. А то и организовать «акцию» (часто под этим словом скрывается саботаж). К сожалению, «человек нового типа», не способный к анализу ситуации, появился и в России. У нас тоже заговорили о правах животных и «злых биологах».

А теперь давайте попробуем представить, что может произойти с нашей страной, если права животных будут соблюдаться столь же строго как в Европе. Здесь я хочу сделать оговорку. У нас в стране есть закон о жестоком обращении с животными, и я с ним полностью согласен. Если кто-то мучает животину исключительно из садистских соображений, это, конечно, должно быть пресечено.

Большинство людей, все-таки не садисты (и не художники-зоофилы!). Мы используем животных в пищу, держим их как питомцев или как служебных (собаки, лошади). Ну и, конечно, современная цивилизованная страна немыслима без научно-технического прогресса, в частности, без биотехнологий, фармацевтики, медицины и сельского хозяйства. Так вот, я утверждаю, что если нашей власти вдруг вздумается «подтянуть» законодательство в этой сфере к европейскому уровню, это приведет к самым плачевным последствиям для каждого из нас.

Вспомним 1992-93 год. Голодомор, развязанный правительством Гайдара. Тяжелое и подлое время. Трудно сказать, были ли объективне причины для таких издевательств над нашим народом или просто кому-то захотелось в очередной поэкспереминтировать над русскими а заодно понравиться заокеанскому дядюшке Сэму? Истина, видимо, где-то посередине. Большинство пережило это время (а кое-кто и не пережил) в буквальном смысле на подножном корму. Выращивали картошку и овощи на огородах (благо земля тогда была еще государственная и ее раздавали почти задаром), ловили рыбу, собирали грибы, ели крапиву и щавель.... Голодные студенты из нашей общаги спасались тем, что отлавливали голубей. На том и продержались. А теперь представьте то же самое, что было в 1992-93, только... Земля частная и дорогая. Лес частный – не имеешь право ни грибов пособирать ни ягод, ни кореньев ни трав лечебный. За ловлю рыбы без лицензии (а она стоит денег, которых у вас нет) – крупный штраф или тюрьма. Голубей, воробьев и прочих городских птиц ловить строго запрещено. Как выжить человеку в таких условиях? Да никак! Никого это просто не волнует! Зато «права животных» охраняются на высоком гуманистическом уровне цивилизованных стран. Можно возразить – ну заберут в тюрьму, там будут кормить (как там Василий Алибабаич мечтал о тюремном ужине в «Джентлеменах удачи»?). Размечтались ребята. Уже сейчас в тюрьму не каждого берут. Предпочитают наказывать финансово. Когда человеку нечего жрать и нет денег, это означает отнять у него последнее, например, жилье. Кто-то возразит, что пример с гайдаровским голодомором экстремальный и больше такого никогда не повториться. Что ж, никогда не говори «никогда»!

Мы знаем, в каком плачевном состоянии сейчас находится наше животноводство. Крестьяне еле-еле сводят концы с концами. А будет еще плачевнее, если принять европейские стандарты паспортизации животных и бюрократических проверок. Возрождению сельского хозяйства это не поможет, зато пополнит карманы многочисленной бюрократии. Денег на все эти нововведения у крестьян просто не хватит, придется откупаться от проверяющих (к большому удовольствию последних).

Ну, и о науке. У нас в стране существуют определенные правила содержания животных и проведения экспериментов. В основном они касаются исследований, потенциально опасных (например, генная инженерия, изучение рака, инфекционных заболеваний и т.п.). Что ж, законы эти разумны и их надо соблюдать. Вот только не надо копировать западную систему контроля и лицензирования. Не хватало еще западную бюрократию допустить к контролю над остатками нашей науки! Поймите, при всех недостатках и тяжелом положении российский науки у нас есть и преимущества (их, правда, мало) – большая, по сравнению с Западом свобода творчества и меньше бюрократического контроля над экспериментами. А если введут тотальную систему лицензированяи и контроля, да так, что еще надо будет платить за лицензию большие деньги (конечно платить, иначе зачем тогда вообще лицензировать?) – это добьет большинство лабораторий. Зато будем гордиться цивилизованностью наших законов!

Кстати, по-моему, лицензирование сильно бьет и по западной науке тоже. Некоторые умеренные «борцы за права животных» говорят: «Я, в принципе, не против, когда настоящие преданные науки исследователи проводят эспериметы, если они хотят помочь людям, облегчить страдание больных, сжелать что-то полезное. Мне не нравится, что фирмы (особенно косметические) «мучают» животных ради получения прибыли, ради жалких металлических кружочков! Вот почему я протестую!». Что ж, в этом есть своя логика и такая позиция достойна уважения. Наверное, без суперфешенебельной косметики прожить можно. Только вот своими протестами борцы за права животных могут добиться противоположного. Вряд ли эксперименты на животных вообще отменят. Зато могут сказать: «Под давлением общественности мы идем на компромисс -- ужесточаем лицензирование научной деятельности, чтобы животные меньше страдали и т.п». Понятно, что при ужесточении лицензирования выигрывает тот, у кого больше денег. За все ведь надо платить – курсы, сертификаты, лицензия. Так что крупные компании могут даже выиграть (оттеснив небольшие исследовательские коллективы), а ученые-этузиасты, напротив, проиграть. Парадокс конечно, но так уж устроен капиталистический мир. Че Гевара боролся с мировым империализмом, а сейчас на его имени (и на коммунистической символике) капиталисты делают хорошие деньги.

Итак, относительная свобода творчества российских ученых и экспериментов над животными является потенциальным преимуществом российской науки. Его не в коем случае нельзя утерять. Сечас много говорят о реформе науки в России. Что будет через пару лет – непонятно. Скорее всего, ничего хорошего. То есть финансирование все равно серьезно не увеличат, зато начнут спрашивать за «удвоение ВВП», усилят бюрократический контроль и т.п.

Позиция нашего руководства примерно такая – мы тебя будем контролировать, брать с тебя налоги и прочие выплаты, проводить проверки эффективности, ругать за недостаточное «удвоение ВВП», а откуда ты возьмешь деньги на исследования, нас не касается. Нам, конечно, такая ситуация кажется дикой, но кто ж нас спрашивает! Как говорил экс-президент США Б. Клинтон, «это ж экономика, дурачок!»

Так вот, выходом для части наших биологов в условиях дикого рынка могло бы стать биологическое тестирование лекарств и косметики для западных компаний. Стыдно, конечно, за страну (плестись в хвосте у западных корпораций), но это хоть позволит сохранить потенциал биологической науки. В любом случае, относительная свобода проведения экспериментов над животными является потенциальным преимуществом наших биологов (на фоне огромного количества минусов – отсутствие финансирования, четкой стратегии у власть имущих и т.п.). Лучше это преимущество иметь, чем не иметь. И лучше тестировать лекарства на наших животных, чем на наших детях!

Усиление лицензирования экспериментов приведет к усилению контроля над неугодными, формальным поводом к разгону лабораториии и иститута. Кто знает, кто там будет все это контролировать и к кому придираться? В условиях современной российской дествительности уж очень велик субъективный фактор. Вдруг неугодными окажетесь Вы? И вообще, смогут ли современные российские лабы тратить сотни или тысячи долларов на лицензирование своих сотрудников? На реактивы не хватает, а зарплаты часто ниже прожиточного минимума. Тратить огромные деньги на бюрократические процедуры в такой ситуации мне представляется изощренным цинизмом.

В общем, попытка соблюдения «прав животных» на уровне «цивилизованных» стран ни к чему хорошему, кроме морального удовлетворения сторонников «общечеловеческих ценностей» не приведет.

 

Заключение. Может, начнем пока с одного биологического вида?

 

Итак, нужно ли нам соблюдать «права животных» как в «цивилизованных странах» или нет? У меня тут рацпреложение. Давайте для начала займемся охраной прав одного конкретного биологического вида. Вид этого называеися человек разумный, или Homo sapiens . Принадлежит семейству гоминид ( Gominidae ) отряда приматов ( Primates ). Давайте попытаемся обеспечить права представителей этого вида на жизнь, на отдых, нормальное питание, нормированный рабочий день, свободу передвижения и т.п.

Помнится, в середине 90-х годов в милиция в Петербурге набила несколько автобусов бомжами, вывезла сотни плохоодетых людей за город в лес и выбросила на тридцатиградусный мороз. Это было в новостях (!)! И что же? – Как буд-то так и надо. Сказали и забыли. Где были наши защитника прав животных? Кстати, это вопрос и к нашим многочисленным правозащитникам. Ходорковский, наверное, тоже нуждается в правозащитной поддержке, как и любой человек, но ведь сотни тысяч людей нуждаются в этом гораздо больше! Неужели российский бомж достоит сострадания меньше, чем подопытная крыса?

Хочется верить, что когда-нибудь, дай Бог, через двадцать-тридцать лет, будут обеспечены хотя бы минимальные права и потребности наших граждан. Вот тогда и поговорим о правах животных. А пока – не то что даже рано об этом говорить, по-моему, это оскорбляет людей, права которых столько раз нарушались. Нас с вами.

 

 

 

************************

Что сказать в заключении? Раз уж начал статью статью на немецком материале, то и закончу, пожалуй тоже. Генрих Аллоиз Мюллер шеф возглавлял гестапо в фашистской Германии. По свидетельству современников, он очень любил животных. После тяжелого трудового дня Мюллер находил отдохновение в милых заботах о своих домашних питомцах. Этакий симпатяга, любящий собак и аквариумных рыбок. А работа его заключалась в пытках и истязании евреев, славян, немецких коммунистов, антифашистов, военнопленных из разных стран и всех несогласных с политикой Гитлера. Под его руководством было уничтожено (данные приведены на сайте http://renascentia.narod.ru/muller.htm) евреев - 6 млн, советских военнопленных в концлагерях - 5,7 млн, узников концлагерей из СССР - 3,3 млн., м ирных жителей на территории СССР - от 700 до 800 тыс., участников Сопротивления - несколько сотен тысяч, политическая оппозиция - практически полностью (несколько млн.) .

 

Голос из-за кадра «Информация к размышлению...»

 

 

 

 

Источники информации:

 

1) Питер Сингер. Освобождение животных. - Киев. Киевский эколого-культурный центр. Серия: Охрана дикой природы. Вып 29. 2002. 136 стр.

 

2) Том Риган. В защиту прав животных. Эндру Линзи. Божественные права животных. Сокращенный перевод с английского А. Елагина и Е. Мигуновой. Киев. -- Киевский эколого-культурный центр. Серия: Охрана дикой природы. Вып 37. 2004. 104 с.

 

3) Борейко Владимир Евгеньевич. Прорыв в экологическую этику. Киевский эколого-культурный центр. Киев. Серия: Охрана дикой природы. Вып. 45. 2005. 208 стр.

 

4) А.С.Ермаков. Нужны ли нам «права животных»?.... Химия и Жизнь. 2005. Ном. 11. Стр 16-20.

 

5) The Animal ( Scientific Procedures ) Act 1986.

 

6) Сайт Британского Министерства Внутренних Дел http://www.homeoffice.gov.uk/rds/scientific1.html

 

7) Сайт http://renascentia.narod.ru/muller.htm

 

 

Олег Кулик, основатель нового художественного стиля «зоофрения», духовный лидер российских зоофилов, якобы вознес искусство до недосягаемых прежде высот понимания природы (на самом деле его творчесво – заурядная махровая содомия). В Великобритании его б давно разорвали экотеррористы, а Германии – упекли бы за решетку стукачи.

Подписи к рисункам. 1. Олег Кулик, основатель нового художественного стиля «зоофрения», духовный лидер российских зоофилов, якобы вознес искусство до недосягаемых прежде высот понимания природы (на самом деле его творчесво – заурядная махровая содомия). В Великобритании его б давно разорвали экотеррористы, а Германии – упекли бы за решетку стукачи. Фото с сайта http://people.rambler.ru

Активистка. Эта пламенная активистка протестует против тестирования лекарств на животных. «Лекарства, тестированные на животных, приводит к раку!» -- гласит плакат. Непонятно, правда, у кого вызывается рак и уж тем более зачем прекращать тестирование. Что, прямо в продажу, что ли, такие опасные лекарства, безо всяких испытаний?

2. Активистка. Эта пламенная активистка протестует против тестирования лекарств на животных. «Лекарства, тестированные на животных, приводит к раку!» -- гласит плакат. Непонятно, правда, у кого вызывается рак и уж тем более зачем прекращать тестирование. Что, прямо в продажу, что ли, такие опасные лекарства, безо всяких испытаний?

Засада. Из штатской машины неожиданно выскочили две английских леди в полицейской униформе. Не получив от меня внятных объяснений, чего это я кручусь тут с фотоаппаратом, потребовали немедленно удалиться. Вот вам и хваленая демократия и свобода! Хотя в России, конечно, могли бы еще бока намять и камеру оттобрать. К тому же, по сути, меня-то они как раз и защищают от подозрительных типов.

3. Засада. Из штатской машины неожиданно выскочили две английских леди в полицейской униформе. Не получив от меня внятных объяснений, чего это я кручусь тут с фотоаппаратом, потребовали немедленно удалиться. Вот вам и хваленая демократия и свобода! Хотя в России, конечно, могли бы еще бока намять и камеру оттобрать. К тому же, по сути, меня-то они как раз и защищают от подозрительных типов.

Указ. Указ Суда ЕЕ Величества по поводу борцов за права животных. К сожалению, не удалось как следует сфокусировать, -- отвлекался на полицию.

3 a . Указ. Указ Суда ЕЕ Величества по поводу борцов за права животных. К сожалению, не удалось как следует сфокусировать, -- отвлекался на полицию.

Здание. Несчастное здание так и осталось недостроенным. Строительные компании повелись на шантаж. Здание окружено огромным количеством тайных агентов и полиции. Ждут провокаций экотеррористов.

4. Здание. Несчастное здание так и осталось недостроенным. Строительные компании повелись на шантаж. Здание окружено огромным количеством тайных агентов и полиции. Ждут провокаций экотеррористов.

 

Полиция. Центр Оксфорда. Обычно на этом углу протестуют. Но сегодня он забит «под завязку» блюстителями порядка. Так что экотеррористам придется поискать другое место.

5. Полиция. Центр Оксфорда. Обычно на этом углу протестуют. Но сегодня он забит «под завязку» блюстителями порядка. Так что экотеррористам придется поискать другое место.

Генрих Алоиз Мюллер ( Muller ) фото с сайта http://renascentia.narod.ru/muller.htm По рассказам сослуживцев, Генрих Аллоиз Мюллер, шеф гестапо, очень любил животных. После тяжелого трудового дня (работа его заключалась в пытках и истязании антифашистов) он находил отдохновение в милых заботах о своих домашних питомцах. Актер Броневой в «17 мгновений весны» прекрасно передал противоречивый образ этого кровавого «симпатяги»

6. Генрих Алоиз Мюллер ( Muller ) фото с сайта http://renascentia.narod.ru/muller.htm По рассказам сослуживцев, Генрих Аллоиз Мюллер, шеф гестапо, очень любил животных. После тяжелого трудового дня (работа его заключалась в пытках и истязании антифашистов) он находил отдохновение в милых заботах о своих домашних питомцах. Актер Броневой в «17 мгновений весны» прекрасно передал противоречивый образ этого кровавого «симпатяги»

Конная полиция. Наряды конной королевской полиции – средство борьбы с возможными антиобщественными выходками экотеррористов. Стойко блюдут они свою ответственную службу.

7. Конная полиция. Наряды конной королевской полиции – средство борьбы с возможными антиобщественными выходками экотеррористов. Стойко блюдут они свою ответственную службу.

Раздача. Пропаганда идей среди населения – важная часть работы борцов за права животных. Активисты занимаются раздачей прокламаций. Прошу прощения за плохое качество фотографии – трудно незаметно подобраться к экотеррористу. Эти люди всегда начеку.

8. Раздача. Пропаганда идей среди населения – важная часть работы борцов за права животных. Активисты занимаются раздачей прокламаций. Прошу прощения за плохое качество фотографии – трудно незаметно подобраться к экотеррористу. Эти люди всегда начеку.

Собачара. Разве собака похожа на тебя? Она и реагирует по-другому! Железная логика – раз собака не человек, то бессмысленно проводить научные эксперименты. Биохимия отдыхает!

9. Собачара. Разве собака похожа на тебя? Она и реагирует по-другому! Железная логика – раз собака не человек, то бессмысленно проводить научные эксперименты. Биохимия отдыхает!

Манки-Безумие и обезьяна-1. «Экперименты на обезьянах – безумие,» -- считают борцы за права животных. Картинки страдающих обезьян, должны, по логике организаторов, вызвать возмущение всеми проводимыми экспериментами на животных. На особо впечатлительных натур действует.

10. Манки-Безумие и обезьяна-1. «Экперименты на обезьянах – безумие,» -- считают борцы за права животных. Картинки страдающих обезьян, должны, по логике организаторов, вызвать возмущение всеми проводимыми экспериментами на животных. На особо впечатлительных натур действует.

Человек и обезьяна. Утверждается, что не все болезни (как и лекарства) одиковы для человека и обезьн. В этом утверждении есть здравый смысл, конечно, человек и шимпанзе – не совсем одно и то же (хотя и здесь напутали – например, СПИД у обезьян есть). Но вот приводимая альтернативная стратегия скрининга лекарств – сначала комьютерное моделирование, а потом сразу на людях, -- вряд ли вызовет у вас восторг и поддержку.

11. Человек и обезьяна. Утверждается, что не все болезни (как и лекарства) одиковы для человека и обезьн. В этом утверждении есть здравый смысл, конечно, человек и шимпанзе – не совсем одно и то же (хотя и здесь напутали – например, СПИД у обезьян есть). Но вот приводимая альтернативная стратегия скрининга лекарств – сначала комьютерное моделирование, а потом сразу на людях, -- вряд ли вызовет у вас восторг и поддержку.

 Ласка. Этот маленький юркий зверек доставил немало хлопот немецким автолюбителям.

12. Ласка. Фотография с сайта http://www.floranimal.ru/gallery_his.php

Этот маленький юркий зверек доставил немало хлопот немецким автолюбителям.

Крот. Фотография с сайта.  Жестокий вредитель садово-огородных участков. Не зная пощады, подрезает корни фруктовых деревьев. Невероятно опасен! Но не дай Бог пальцем тронуть крота на немецкой земле! Его неприкосновенность защищена законодательством страны.

13. Крот. Фотография с сайта http://www.floranimal.ru/pages/animal/ Жестокий вредитель садово-огородных участков. Не зная пощады, подрезает корни фруктовых деревьев. Невероятно опасен! Но не дай Бог пальцем тронуть крота на немецкой земле! Его неприкосновенность защищена законодательством страны.

Реклама:

Вверх.

На главную страницу.